//-->

Интроективная психиатрия.

Интроективная психиатрия.



На коктейль-пати в большом городе догадливая хозяйка проводит нового гостя к небольшой группе, занятой времяпрепровождением на интересующую его тему. Публика собирается в кружки, занятые разеым времяпроводжением. Каждый переходит от одного кружка к другому, пока не найдет свое излюбленное времяпрепровождение; если ни одно ему не подходит, он уйдет домой, бормоча: "Ну и паршивый же вечер был сегодня". Излюбленное времяпрепровождение интеллигентов – "Психиатрия"; это времяпрепровождение встречается в двух видах. "Интроективная психиатрия" (или "Поговорим обо мне") происходит следующим образом:

Филлис: Я, кажется, неспособна принять решение.

Джордж: Ваша амбивалентность унаследована от отца.

Это может длиться часами, и в некоторых случаях таким способом сообщается немало полезной информации. "Проективная психиатрия" происходит следующим образом:

Уилсон: Расовые волнения происходят от того, что семьи остаются без отцов.

Эндрю: Дело еще и в том, как полиция представляет себе функции власти – в тоталитарном духе.


Ассоциация родителей и учителей.

Ассоциация родителей и учителей.



Другие распространенные формы времяпрепровождения – "Ассоциация родителей и учителей", которым обычно занимаются матери, имеющие детей школьного возраста; "Все из-за него" (следует имя мужа); "Погода", излюбленное времяпрепровождение в сельских общинах; "А вы были в..." (каком-нибудь необычном месте); у подростков: "А ты когда-нибудь принимал" (какой-нибудь необычный психоделик); у пожилых: "Что вышло из..." (старого знакомого или прежней знаменитости) и так далее. Читатель припомнит и другие виды времяпрепровождения на вечеринках, где он присутствовал. Времяпрепровождение удобно также и в том отношении, что может служить отправным пунктом для начала игр, давая возможность любителю игр подыскать себе подходящих партнеров.
Игры также заполняют время и доставляют специфический, индивидуально дифференцированный, выигрыш, подобный выигрышу Генри; далее, они предохраняют от близости.
Остается еще один способ существования в группе из двух или более членов – достижение близости. Это случается очень редко, обычно в личных отношениях между двумя лицами; близость – это прямое, свободное от игр отношение между людьми; оно свободно также от замкнутости, ритуалов, времяпрепровождения и не связано с деятельностью. Многие люди проживают всю жизнь, не зная близости. Когда есть близость, это можно увидеть сразу же, без особого исследования. Поэты писали о ней тысячи лет и они подошли, по-видимому, ближе всех к передаче другим этого чувства. Близость почти не встречается в группах психотерапии и в общественных группах. Чаще всего она складывается между любящими, не имеющими надобности унижать или эксплуатировать друг друга и способными, таким образом, говорить прямо и вести себя без подвохов и скрытности.


Две особенно часто встречающихся проблемы.

Две особенно часто встречающихся проблемы.



С состояниями Я связаны две особенно часто встречающихся проблемы. Первая из них – исключение. Случается, что одно из состояний Я одерживает верх и не дает проявиться другим. Если одерживает верх Взрослый, то индивид становится весьма рациональным и объективным, но лишенным ценностей и убеждений и неспособным к радости. Утвердившийся Родитель проводит обычно свое время, искореняя все напоминающее детскую радость (например, под именем греха). Утвердившийся Ребенок может получать от жизни много радостей, но лишиться в конечном счете всех ресурсов и даже остаться без пропитания. Поскольку состояния Я естественны, каждое из них выполняет свою необходимую функцию. Вопрос в том, какое состояние Я лучше подходит к данной ситуации.
Второй важной проблемой, касающейся состояний Я, является заражение. Это происходит, когда два состояния Я сливаются и пациент не знает, какое из них действует. Шестилетняя девочка просыпается и кричит: "Мама, мама, большой злой волк в моем шкафчике; я его слышала!" Мама входит в ее комнату, включает свет, обнимает ее и говорит: "Не бойся, все будет хорошо!" (Родитель). Затем она приступает к научному эксперименту. Она стаскивает одеяло с головы девочки и говорит: "Никакого волка здесь нет". Она открывает дверцу шкафчика и говорит: "Сейчас посмотрим" (экспериментирование) и, наконец, говорит: "Посмотри-ка сюда!" (заключение). Это научное исследование усиливает Взрослого в ее дочери, между тем как ее утешения и объятия усиливают Ребенка. Дочь ее спала и проснулась с фантазией (Ребенок). Фантазия эта была столь сильна, что заразила ее Взрослого, и она была уверена, что слышала шум в шкафчике. Если бы ее Взрослый не был заражен, она знала бы, что шум этот был одним из обычных звуков от чего-нибудь другого, например, шелестом падающих листьев или собачьим лаем. Когда вышла ее мать, уделив внимание и ее Ребенку, и ее Взрослому, оба они стали сильнее и смогли существовать отдельно; тогда девочка снова уснула.


Фантазии Ребенка.

Фантазии Ребенка.



Эта ситуация, когда фантазии Ребенка заражают вычислительную машину Взрослого, встречаются в любом возрасте. Например, пациент может в испуге вообразить, что его преследует какой-то мрачный тип. Это заражение типа Ребенок – Взрослый известно под названием мании, и врач поступает почти так же, как мать в описанной сцене, распознавая Ребенка и Взрослого и говоря о каждом из них особым способом, что помогает им разделиться. И тогда пациент может сказать: "Странное же было у меня представление, будто меня кто-то преследует". Иногда все лечение, которого пациент хочет или в котором он нуждается, сводится к этому структурному анализу состояния Я; после успешного завершения такого анализа он может вернуться к своим обычным занятиям и домашней жизни, лишь изредка консультируясь впоследствии с врачом. Однако большинство пациентов переходит затем к анализу игр.
В группах, где применяется транзакционный анализ, игры разыгрываются по двум причинам: во-первых, врач не может допустить, чтобы группа проводила весь сеанс, занимаясь времяпрепровождением или замкнувшись в себе; во-вторых, игры связаны с рядом преимуществ (выигрышей), особенно в тех случаях, когда они приобретают грубый характер. Сначала ставится диагноз игры, а затем ее лечат, если это предусмотрено контрактом врача с пациентом. Опытный врач не преследует все игры подряд, поскольку время от времени игры нужны каждому, и некоторые из игр сравнительно безобидны. Но если игра причиняет вред, необходимо вмешательство врача. Мистер Холмс, пациент, по контракту желающий иметь друга, играет в игру "Попался, сукин сын!" (ПСС). В этой игре он пренебрегает всем хорошим, что может услышать от собеседника, и терпеливо поджидает, пока жертва скажет или сделает что-нибудь дурное, чтобы торжествующе указать ошибку. Он мастер находить недостатки, даже если никто другой их не замечает, и использует их сколько возможно. Конечно, это не способствует его плану найти себе друга.


Время решения.

Время решения.



Когда пациент в конечном счете отказывается от важной для него игры, положение его весьма своеобразно. Он отрекся от "старого друга", поскольку хорошо знал свою игру и извлекал из нее очень много. Обычно он переживает в таких случаях период отчаяния. Оно похоже на депрессию, но отличается от нее тем, что наступает быстро и сопровождается элементами фрустрации и замешательства. Отчаяние является реакцией Ребенка и напоминает то, что происходит с настоящим ребенком, когда уезжает его лучший товарищ по играм. Ребенок чувствует себя одиноким и не знает, что ему делать. Но через несколько дней можно увидеть его весело играющим с другим приятелем. Пациент, отказывающийся от игры, находится в подобном же одиночестве, но точно так же свободен найти себе новых друзей.

Это – время решения. Ответственный врач, ведущий транзакционный анализ, никогда не покинет пациента в такой момент, а продолжит свою работу в течение периода, когда пациент, освободившись от своих пут, решает, чем ему дальше заняться. Он не повторяет старых шаблонов, а пробует новые способы общения в своей группе. И теперь Ребенок пациента ищет поддержки у Родителя врача. Врач, предвидевший этот момент, готов оказать ему помощь.

В случае Джеральда, мать говорила ему, когда он был ребенком:

Мать (на одном уровне): Будь удачлив в жизни.

Мать (на другом уровне): Не покидай меня.

Теперь же врач говорит ему:

Врач (на одном уровне): Будь удачлив в жизни.

Врач (на другом уровне): А теперь ты можешь уйти.

В данном случае здесь происходит здоровое соревнование между реальной матерью и родительским состоянием Я врача. Врач понимает силу своего влияния и готов принять на себя ответственность, хорошо зная собственного Родителя, Взрослого и Ребенка. В некоторых случаях пациент, отказавшийся от игр, достигает близости, самого приятного и благодарного из переживаний.


Транзакционный анализ в действии.

Транзакционный анализ в действии.



Мы опишем основные этапы типичного случая транзакционного анализа, на котором будут видны некоторые его особенности, важные в клинической практике. Числа в следующем ниже тексте отсылают к обсуждению в конце раздела.
Эмбер Арджент пришла к доктору Трису, выписавшись из нового психиатрического отделения Главной больницы Аркадии, куда ее поместили из-за сильной депрессии, сопровождавшейся, как полагал ее домашний врач доктор Нейджел, склонностью к самоубийству. Направляя мисс Арджент на психиатрическое лечение, доктор Нейджел указал, что она не оплатила свой счет, хотя на последнем месте работы неплохо зарабатывала в качестве секретаря. Доктор Нейджел решил не прибегать к юридическим мерам, а вычеркнул пациентку из своей записной книжки (1).
Мисс Арджент аккуратно явилась на первый прием к доктору Трису, дружелюбная, общительная, привлекательно одетая и никоим образом не мрачная, чего он ожидал по отзыву доктора Нейджела (2). Собираясь усесться на стул в его кабинете, она ухитрилась слегка споткнуться о скамеечку для ног. Она не ушиблась, не пострадала также мебель; однако по выражению ее лица видно было, что доктор Трис провинился, поставив скамеечку в этом месте. Доктор Трис не реагировал на это происшествие, а быстро свел разговор к вопросу: "Зачем вы здесь?" Она ответила самым прямым образом: "Меня все время выгоняют с работы, значит, я что-то делаю не так, как надо". Доктор Трис согласился с этим, узнав, что она была уволена не менее двадцати пяти раз. Быть уволенной двадцать пять раз – уже достижение, но еще более примечательно, что с таким послужным списком она каждый раз находила новую работу. Она была высококвалифицированным секретарем, так что проблема ее не была связана с деловыми качествами.



Copyright © 2009 -2013 o-psiholog.ru | Общие вопросы психологии