//-->

Две особенно часто встречающихся проблемы.

Две особенно часто встречающихся проблемы.



С состояниями Я связаны две особенно часто встречающихся проблемы. Первая из них – исключение. Случается, что одно из состояний Я одерживает верх и не дает проявиться другим. Если одерживает верх Взрослый, то индивид становится весьма рациональным и объективным, но лишенным ценностей и убеждений и неспособным к радости. Утвердившийся Родитель проводит обычно свое время, искореняя все напоминающее детскую радость (например, под именем греха). Утвердившийся Ребенок может получать от жизни много радостей, но лишиться в конечном счете всех ресурсов и даже остаться без пропитания. Поскольку состояния Я естественны, каждое из них выполняет свою необходимую функцию. Вопрос в том, какое состояние Я лучше подходит к данной ситуации.
Второй важной проблемой, касающейся состояний Я, является заражение. Это происходит, когда два состояния Я сливаются и пациент не знает, какое из них действует. Шестилетняя девочка просыпается и кричит: "Мама, мама, большой злой волк в моем шкафчике; я его слышала!" Мама входит в ее комнату, включает свет, обнимает ее и говорит: "Не бойся, все будет хорошо!" (Родитель). Затем она приступает к научному эксперименту. Она стаскивает одеяло с головы девочки и говорит: "Никакого волка здесь нет". Она открывает дверцу шкафчика и говорит: "Сейчас посмотрим" (экспериментирование) и, наконец, говорит: "Посмотри-ка сюда!" (заключение). Это научное исследование усиливает Взрослого в ее дочери, между тем как ее утешения и объятия усиливают Ребенка. Дочь ее спала и проснулась с фантазией (Ребенок). Фантазия эта была столь сильна, что заразила ее Взрослого, и она была уверена, что слышала шум в шкафчике. Если бы ее Взрослый не был заражен, она знала бы, что шум этот был одним из обычных звуков от чего-нибудь другого, например, шелестом падающих листьев или собачьим лаем. Когда вышла ее мать, уделив внимание и ее Ребенку, и ее Взрослому, оба они стали сильнее и смогли существовать отдельно; тогда девочка снова уснула.


Электрический шок.

Электрический шок.



Электрический шок проводится особой медицинской машиной, которую можно устанавливать на определенную дозу. Когда поворачивают рубильник, машина выдает установленное количество тока, например 200 мА при 110 В в течение полусекунды. Результаты лечения этим методом различных психозов, полученные в разных клиниках, нередко расходятся. Как полагает большинство специалистов, он дает наилучшие результаты при затяжных депрессиях, происходящих от перемен в жизни пациента, так называемых "инволюционных меланхолиях", до введения этого метода в таких случаях часто требовалась госпитализация, длившаяся годами.

Как действует этот метод, никому не известно. По убеждению многих психиатров, в каждом отдельном случае надо очень внимательно продумать, нельзя ли применить вместо шокового лечения другие методы, например психотерапию. И большинство этих врачей согласно с тем, что в определенных случаях электрический шок применять нельзя.


Важность наличия психики

Важность наличия психики



Мы можем ошибаться. Мы могли бы наделить психикой тех, кто ее лишен, или мы могли бы не заметить ее обладателей среди нас. Эти ошибки не были бы равнозначными. Наделять психикой слишком многое – "подружиться" с комнатными растениями или не спать ночью, беспокоясь о благополучии компьютера, покоящегося на столе, – это, в худшем случае, глупая ошибка, возникающая из-за легковерия. Недонаделять психикой – игнорировать, не принимать в расчет или отрицать переживания, страдания и радость, расстроенные планы и обманутые надежды обладающего психикой человека или животного – ужасный грех. В конце концов, как бы чувствовали себя вы, если бы с вами обращались как с неодушевленным предметом? (Заметьте, что этот риторический вопрос содержит ссылку на наш общий статус носителей психики).

Фактически, обе ошибки могут иметь серьезные моральные последствия. Если бы мы наделяли психикой слишком многое (например, сочли бы, что поскольку бактерии обладают психикой, мы не можем оправдать их уничтожение), это могло бы вынудить нас принести в жертву интересы многих законных носителей этих интересов – наших друзей, наших домашних животных, нас самих – ради того, что не имеет подлинной моральной важности. Дискуссии по поводу абортов связаны с такого же рода затруднением, одни считают очевидным, что десятинедельный зародыш обладает психикой, другие считают очевидным обратное. Если правы вторые, тогда открыт путь для утверждений, что зародыш имеет не больше интересов чем, скажем, гангренозная нога или нарывающий зуб – его можно удалить ради спасения жизни (или просто ради удобства) того носителя психики, частью которого он является. Если же он уже обладает психикой, тогда, какое бы решение мы ни приняли, нам, очевидно, необходимо учитывать и его интересы наряду с интересами того, кто дает ему временное пристанище. Реальное затруднение лежит между этими крайними позициями: если зародыша не трогать, у него скоро разовьется психика, так когда же нам начинать учитывать его ожидаемые интересы? Важность наличия психики для решения вопроса о моральном статусе особенно ясна в этих случаях, поскольку если известно, что рассматриваемый зародыш анэнцефален (не имеет головного мозга), то для большинства людей это радикально меняет проблему. Но не для всех. (Я не пытаюсь здесь разрешить эти моральные проблемы, а лит т тт. хочу показать, как общеизвестная нравственная точка зрения усиливает наш интерес к этим вопросам, выводя его за рамки простого любопытства).


Во многом сходные пристрастия и антипатии

Во многом сходные пристрастия и антипатии



Конечно, нас можно одурачить. Люди часто подчеркивают, как трудно установить искренен ли собеседник. Слова, будучи самыми мощными инструментами общения, являются также и самыми мощными инструментами обмана и манипуляции. Хотя лгать, возможно, и легко, но почти так же легко уличить лжеца, особенно если ложь разрастается и лжец не справляется с задачей установления логических взаимосвязей внутри лжи. В своем воображении мы можем придумать обманщика с неограниченными способностями, но обманы, "в принципе" возможные для подобного злого демона, в реальном мире можно спокойно игнорировать. Было бы слишком трудно придумать и логически согласовать так много лжи. Мы знаем, что люди во всем мире имеют во многом сходные пристрастия и антипатии, надежды и страхи.

Мы знаем, что они с удовольствием вспоминают излюбленные события из их жизни. Мы знаем, что им часто случается фантазировать наяву, когда они сознательно меняют и перестраивают подробности своей жизни. Мы знаем, что их преследуют навязчивые идеи, ночные кошмары и галлюцинации. Мы знаем, что какой-то запах или мелодия могут напомнить им об особых событиях в их жизни, и что они часто молча разговаривают сами с собой, не шевеля губами. Все это было общеизвестно задолго до появления научной психологии, задолго до проведения тщательных наблюдений и психологических экспериментов над людьми. Нам известны эти факты о людях с древних времен, потому что мы постоянно и подробно обсуждаем их. Мы не знаем ничего сопоставимого с этим о психической жизни особей любого другого биологического вида, потому что с ними мы не можем этого обсуждать. Мы можем думать, что знаем, но, для подтверждения или опровержения наших традиционных интуиции требуется научное исследование.


Способность ощущать

Способность ощущать



Не могли бы растения, в таком случае, быть просто "очень медленными животными", наделенными способностью ощущать, которую мы из-за нашего шовинизма в отношении шкалы времени не заметили? Поскольку не существует устоявшегося значения слова "способность ощущать", мы вправе определить его по собственному выбору, если сможем это как-то мотивировать.

При желании мы можем называть "способностью ощущать" медленные, но надежные ответные реакции растений на воздействия окружающей среды, но нам нужны какие-то основания для того, чтобы отделить это качество от простой чувствительности, проявляемой бактериями и прочими одноклеточными формами жизни (если оставить в стороне фотоэкспонометры). Никаких таких оснований у нас под рукой нет, зато есть убедительная причина для того, чтобы оставить термин "способность ощущать" для чего-то более специального: животные обладают медленными системами телообеспечения, довольно похожими на те, что имеются у растений, но, по общепринятому мнению, следует различать функционирование этих систем и присущую животным способность ощущать.


Функционализм

Функционализм



У животных эта сложная система биохимических пакетов управленческой информации была со временем дополнена более быстрой системой, использующей иной носитель данных – электрические импульсы, распространяющиеся по нервным волокнам. Это открыло возможности для более быстрых реакций, но в то же время позволило по-другому распределить функции управления благодаря иной конфигурации связей, осуществимой в этой новой структуре – вегетативной нервной системе.

Задачи новой системы все еще оставались внутренними или, во всяком случае, непосредственными в пространственном и временном отношении: Должна ли дрожь сейчас охватить тело или оно должно вспотеть? Следует ли приостановить пищеварительные процессы в желудке в силу более настоятельной потребности других органов в кровоснабжении? Нужно ли начать (обратный) отсчет времени перед эякуляцией? И так далее. В ходе эволюции должны были выработаться средства взаимодействия новой и старой систем, и история этого развития оставила следы в нынешней конфигурации нашего тела, сделав ее гораздо более сложной, чем можно было бы ожидать. Игнорирование этой сложности теоретиками сознания (в том числе и мной) часто приводило к заблуждениям, поэтому нам следует ее кратко рассмотреть.

Одним из фундаментальных предположений, лежащих в основе многих современных теорий сознания, является функционализм. Его основная идея хорошо известна в повседневной жизни и нашла отражение в разных пословицах, например "судят не по словам, а по делам". Психика (или верование, боль, страх) является тем, чем она является, не благодаря тому, из чего она "изготовлена", а благодаря тому, что она может делать. Мы признаем этот принцип бесспорным в других областях, особенно когда судим о созданных человеком предметах. Что-то является свечой зажигания в силу того, что оно может быть подключено к сети и по требованию высекает искру. Только это и важно, по своему цвету, материалу или внутренней сложности свеча зажигания может быть очень разной, как может быть разной и ее форма, главное, чтобы ее форма отвечала выполняемым ею функциям. Функционализм широко признается и в мире живых существ: сердце – это то, что перекачивает кровь, а это почти так же хорошо может делать искусственное сердце или сердце свиньи, поэтому их можно пересадить больному человеку. Существует более сотни химически отличающихся разновидностей ценного белка лизоцима. Все они являются лизоцимом благодаря тому, что они могут делать, и в этом же состоит их ценность. Они почти во всех случаях взаимозаменяемы.



Copyright © 2009 -2013 o-psiholog.ru | Общие вопросы психологии